— Да, похоже. У нашего кончается последний срок, вот он и старается засветиться с ним везде, где только может.

— Конечно, ведь у самого премьера рейтинг не тот, что у хозяина.

— Не по Сеньке шапка, не тот масштаб личности.

— Да, тяжело ему будет изображать большую величину при полном нуле в голове.

— Ты, как всегда, прав.

— А тут не надо быть провидцем. Слишком Миша простоват для таких больших игр. Одно дело — делать умное лицо на заседаниях правительства, другое — самому что-то решать.

Между тем они оба так же мечтали вступить в гонку за первое кресло государства и примерно то же самое думали друг о друге. В самом конце длинного строя стоял ещё один человек с четырьмя звездами на погонах. Начальник генерального штаба генерал-лейтенант Игорь Маслов находился в затяжном конфликте с министром обороны, и всем поведением старался напомнить президенту о своей принципиальной позиции. Верховный главнокомандующий пока сохранял нейтральность, хотя ему надоел этот, совсем ненужный для него конфликт.

Первым к выпускникам академий обратился министр обороны.

— Господа офицеры, вы закончили академию в самый важный момент становления российской армии…

Президент, глядя на напряженные лица этих, уже не очень молодых людей в военной форме, задумался о чем-то своем. Из этого состояния его вывел слишком быстро подошедший, для столь торжественного момента, офицер связи.

— Господин президент, нужно срочно спуститься в бомбоубежище!

— Что случилось?

— Мы не знаем, но нарушена вся система связи. Мы потеряли связь не только со штабами округов, но и с генштабом.

Это было уже совсем невероятно! Мало того, что генштаб находился в нескольких километров от Кремля, но, для создания этой самой современной связи в мире ФАПСИ были затрачены несколько десятков миллиардов долларов. Эта связь должна была работать даже после нанесения по бункеру управления ядерного удара противника.